В силу совершенно неясных мне причин я люблю авиацию. Меня привлекают все эти огромные алюминиевые хреновины, летающие с огромной скоростью и рёвом, от которого вянут цветы и лопаются барабанные перенонки (хорошо, что ни того, ни другого нет на 30 тысячах футов). Я отличу на глаз Boeing-737-400 от Boeing 737-800, а A319 от A321, я знаю, что такое вариометр и где искать ручку выпуска шасси... Список бесполезных знаний можно продолжать. Хотя всё равно не посажу самолёт в случае смерти пилота (только Mythbusters это смогут). А ещё меня постоянно преследует так называемый авиазуд. То я не пойми зачем читаю РЛЭ Ту-154 (кстати, он не столь уж и сложен), то ставлю на телефон Attitude Indicator (и обязательно испытаю его в ближайшем полёте). Или смотрю на YouTube видео типа «заход на посадку в Шереметьево ночью из кабины пилота под трансовую музыку». Но всё перечёркивает один забавный факт. Я боюсь летать.
Т. е. совсем боюсь. Перед полётом начинают бунтовать органы пищеварения. Авиабилет действует лучше любого мочегонного и слабительного. На взлёте я зажмуриваюсь. На кренах под 20° я уже готов, что самолёт сделает бочку. Любая тряска в полёте (обычно послабее, чем по ухабам в автобусе в Москве) приводит в состояние паники. Любое изменение звука двигателей обращает меня в напряжённый слух.
Летаю я давно. Довелось полетать и на старых самолётах советского производства (Ту-134, Ил-86), и на новейших европейского и американского. При этом я неплохо разбираюсь в авиации. Я знаю, отчего самолёты падают (чаще всего — хреновая подготовка пилота, или раздолбайство наземного персонала). Я знаю, что шансы погибнуть в авиакатастрофе сравнимы с шансами умереть от падения с ишака. И всё равно, боюсь.
А ещё я очень люблю смотреть телесериал Discovery Mayday, также известный как «Расследование авиакатастроф». Видимо, потому и боюсь. Но помимо реально жутких и душераздирающих сцен (их там не слишком много), там есть немало интересного об авиации в целом. А уж серии с хорошим концом, вроде случаев «Планера Гимли», посадки на Гудзон или на насыпь под Новым Орлеаном заряжают позитивом надолго. Жду, когда про Ижму снимут.
Но самое жуткое — это реальные реконструкции катастроф, которые можно найти на YouTube. Не смотрите, иначе начнёте тоже начнёте бояться. Хотя можете почитать крутую статью на Lurkmore, где собраны, наверное, все самые фееричные случаи в истории авиации — от вылетания пилота в лобовое стекло до аллигатора в салоне.
Ну и напоследок — позитивное видео (спойлер: ВЗЛЕТЕЛ).
Т. е. совсем боюсь. Перед полётом начинают бунтовать органы пищеварения. Авиабилет действует лучше любого мочегонного и слабительного. На взлёте я зажмуриваюсь. На кренах под 20° я уже готов, что самолёт сделает бочку. Любая тряска в полёте (обычно послабее, чем по ухабам в автобусе в Москве) приводит в состояние паники. Любое изменение звука двигателей обращает меня в напряжённый слух.
Летаю я давно. Довелось полетать и на старых самолётах советского производства (Ту-134, Ил-86), и на новейших европейского и американского. При этом я неплохо разбираюсь в авиации. Я знаю, отчего самолёты падают (чаще всего — хреновая подготовка пилота, или раздолбайство наземного персонала). Я знаю, что шансы погибнуть в авиакатастрофе сравнимы с шансами умереть от падения с ишака. И всё равно, боюсь.
В Пулково на лётном поле
Многие часто летающие знакомые говорят, что единственный способ перестать бояться и полюбить атомную бомбу — летать как можно чаще. И я стараюсь летать как можно больше. К примеру, этой зимой я полетел в Петербург на самолёте. Знакомые вертели у виска: мол, разница по времени (кстати, разницы по цене нет) в поездке на поезде и самолёте съедается за счёт поездки в аэропорт. Но не факт. До аэропорта в Москве сейчас легко добраться на аэроэкспрессе. На внутренних линиях нет паспортного и таможенного контроля, из-за которого и приходится приезжать за пару часов до вылета. Можно сделать check-in на сайте авиакомпании и сдать багаж в отдельной стойке (−20 минут очереди). Единственный чит — мне до аэропорта ехать полчаса на двух автобусах (10 км по прямой). Кстати, правила на рейсе SVO—LED разрешают прибывать на посадку за 20 минут (лучше, конечно, пораньше, но за час реально успеть всё). Сам полёт длится ровно час от взлёта до посадки. Добраться от Пулково (аэропорт, конечно, позорный для второй столицы России) до метро можно минут за 20 минут. Лучше, чем 5 часов «Сапсана» по той же цене.
Да и вид из окна красивее
Но самое жуткое — это реальные реконструкции катастроф, которые можно найти на YouTube. Не смотрите, иначе начнёте тоже начнёте бояться. Хотя можете почитать крутую статью на Lurkmore, где собраны, наверное, все самые фееричные случаи в истории авиации — от вылетания пилота в лобовое стекло до аллигатора в салоне.
Ну и напоследок — позитивное видео (спойлер: ВЗЛЕТЕЛ).
